Примерно в 1975 г. в Германии появилась первая собака шиба-ину, завезенная из Швеции.
 Бригитте Бовин зарегистрировала кличку близнецов Bo Bo’s и вывела в 1987 г. в Гамбурге первое потомство шиба из 4-х щенков. Из этого помета одна сука была взята в питомник Benii Ken’s владельцев Дорис и Франка Рауес. В этот же питомник были взяты другие шиба из Швеции и Бельгии, а в 1993 г. одна шиба была ввезена непосредственно из Японии. До этого были завезены в германию шиба из Голландии, Дании и США. Число зарегистрированных собак росло постепенно: в 1988 г. был следующий помет из 4-х щенков, в 1989 г. вообще не было помета. Только в 1995 г. удвоилось число пометов по сравнению с предыдущим годом и составило 15, то есть впервые было достигнуто двухзначное число пометов в год. С 1998 г. и по настоящее время число ежегодно регистрируемых собак шиба постоянно росло и составило несколько сотен в год.
 Порода культивировалась Немецким Клубом Северных Собак DCNH, который имеет на сегодняшний день 18 активных питомников, в которых наиболее часто встречаются собаки из питомников Benii Ken’s и датского We-Sedso семьи Рошке. Курирующий клуб жестко проверял, чтобы из производителей исключались собаки с глазными болезнями и дисплазией суставов. Кинологи в Германии пытались годами освежить свою породу за счет прямого ввоза из Японии. Это было связано с тем, что в Европе было очень мало действительно маленьких шиба, которые могли бы быть использованы для разведения и обеспечивали бы у потомства необходимую по стандарту высоту в холке. При смене поколений рост собак постепенно увеличивался из-за особенностей добротного питания. Но Немецкие кинологи также это хотели культивировать тонкие отличия породы шиба, которая довольно четко отличается от классической северной заостренной головы. Поэтому у них появилось желание в строении тела и линиях профиля достичь большей элегантности и благородства по сравнению с современными европейскими собаками.
 Несмотря на многократные посещения крупных специальных выставок породы шиба в Японии, успешный завоз чистокровных собак оказался чрезвычайно затрудненным и не только из-за имеющихся языковых проблем – кинологи в Японии практически не говорят на других языках кроме японского. Но также здесь сыграл свою роль менталитет, который все еще был тесно связан с собственной страной.
Также успешные японские кинологи были не особенно заинтересованы в обеспечении заграницы первоклассными представителями породы, так как после продажи собаки очень редко поддерживался контакт с продавцом, чтобы знать степень влияния выращенной им собаки на качество разведения за границей. А ведь только за счет коммуникации преодолеваются границы с непривычным образом жизни.
Это было очень тяжело, так как кинологи Японии имели слабые представления о правилах, которые должны выполняться в Европе в интересах обеспечения здоровой породы и для защиты покупателей щенков и которые ставят совершенно определенные требования к здоровью ввозимых собак.
 О представлении японцев по уровню цен для богатых немцев на собаки, пригодных для размножения, мы лучше умолчим. Но также можно понять, что немецкий кинолог только тогда готов много заплатить за японского шиба, если он по духу и физически наиболее близко соответствует идеалу породы. К расходам на приобретение собаки добавляются также значительная стоимость поездки в Японию и сумасшедшие цены в стране. Путешествовать по стране для осмотра шиба-ину нужно было с англо-говорящим сопровождающим, разбирающемся в собаках. Поэтому, если кто-то в Германии выращивает собак от непосредственных японских производителей, становится ясно, что тут вложены не только значительные денежные средства и затраты времени, но и страсть и воля по распространению этой японской породы в своей стране.
|
